Юкико Рей
- Ты кто? - Королева!.. - Обидно...
Дя, блеать, я это сделала!!!! Продолжение фика - вот оно)))

Глава 7. Игра за правилами или "Серый" жилет. Часть 1

ПОВ Сиэля

— Себастиан, скажи, а Р4 остаются на ночь в колледже?

В просторном кабинете, где только минуту назад не чувствовалось ничего, кроме приутихшего вожделения и эйфории, огромной кляксой разлилось разрывающее виски напряжение. Мда, и кто дергал меня за язык? Непонятно. Но, тем не менее, этот вопрос вырвался помимо моей воли, и я не успел не то, что бы обдумать его формулировку, я даже не оценил то, насколько двузначно он будет звучать. Надо что-то предпринять...

Демон уставился на меня в явном недоумении. Да, я умею делать это – шокировать. Но я хочу, что бы мой любимый методист понял, что это - чистой воды авантюра, так что пусть пока остается в неведении относительно жутко запутанного и опасного плана, что уже сформировался в моей светлой головушке, потому что:

А) как бы умен не был Себастиан, но не поймет всей его глубины и нужности;

Б) он сделает все возможное, чтобы я не сумел воплотить задуманное, мешая и путая меня ещё больше;

В) он жутко обидится, и мы возвратимся к тому, с чего начинали, и, наконец

Г) прямо сейчас (то есть, раньше времени) будут жертвы его демонически нетерпеливой и крайне ревнивой сущности.

Прикусываю губу. Больно, но эта боль – отрезвляющая, и она не даст мне взболтнуть лишнего или накричать на слугу. Не хочу спугнуть счастье неосторожным словом или движением, оно ведь, словно бабочка, такое же трепетное и пугливое... Что, кто-то там из философов вякнул, что в отношениях главное доверие? Может и так, но в нашем случае все решает именно то, кто окажется хитрее...

Оставив гудящие после пылких поцелуев губы, наклоняюсь к слуге и втыкаюсь холодным носиком в разгоряченную кожу на шее. Я знаю, за какие ниточки надо дергать, что бы получить все, что хочу...

— Себастиан, не тупи. Я задал тебе вопрос: остаются ли Р4 на ночь в колледже?

Нежные поглаживания, которыми демон меня одаривал до этого, резко прекращаются. Я знаю, о чем он подумал. Но, Себастиан, неужели ты мне вообще не доверяешь?..

—Зачем они Вам нужны? И в каком смысле «остаются на ночь», господин Фантомхайв? — существо подо мной медленно превращается в ледяную глыбу, становясь таким же холодным и бесчувственным. Надо как-то выманить у него ответ, но так, что бы самому не попасть впросак. Ну, есть вариант, но мне бы не хотелось прибегать к нему сейчас, так как позже меня будет ожидать вполне заслуженное возмездие. Эх, была не была...

Отрываюсь от ледяной шеи, поднимаю полные невинности глазки на Сабастиана, как бы открываясь и заявляя о своей честности, и, немного более смущенно, чем того требует ситуация, говорю:

—Ну, милый, мое «на ночь» – это в смысле «Могу ли я сейчас найти кого-то из них и извиниться за отсутствие на наказании». Это раз, — обижено надуваюсь. — Два. Не мешало бы из этого дела вынести некую выгоду в лице новых знакомых и их папаш. Три... А вот это пока не должно быть озвучено.

—Почему, господин Фантомхайв? Я хочу, чтобы вы посвятили меня в свой план, не скрывая ничего и не боясь быть непонятым. Я же столько раз уже доказывал Вам свою преданность и исполнительность...

Наверно, слов было недостаточно, чтобы успокоить моего любовника (да, именно так и не иначе). Черт, черт, черт!!! Гореть мне в аду раньше времени...

— Поверь мне, Себастиан. Просто поверь, как всегда это делал... Я люблю тебя, Себастиан...

Прикасаюсь языком к тоненькой полосочке подобранных губ, провожу по их контурам, параллельно запускаю одну руку в черные волосы, а другой ласкаю миленькое ушко... Я должен убедить тебя, Себастиан, просто должен.
Постепенно демон оттаивает, его кожа опять теплеет, а руки продолжают ненавязчивые движения... Ненавязчивые? Это я, конечно, поторопился. Себастиан перебрасывает мою ногу через себя, заставляя меня воссесть сверху на бедра лицом к нему. Он насилует мой рот, будто извиняясь за недоверие и грубый тон.

— Сиэль, останься со мной, — стонет демон мне в губы. Он опять возбужден. Хватит, я же не резиновый, и даже не железный!

— Себастиан, — с огромным трудом отстраняюсь от любовника, — Ты мне не ответил на вопрос...

— А что мне будет за это? — прижимает меня обратно к губам. Ну разве с ним возможно разговаривать?

— Все, что хочешь.

—Хм, отлично. Тогда слушайте и запоминайте, — я скорее почувствовал, нежели увидел эту его фирменную улыбочку, и, поэтому, тут же пожалел о столь поспешно данном обещании. — Р4 – это старосты своих дортуаров, так что они должны круглосуточно находиться на территории колледжа, то есть, они исполняют почти те же обязательства, что и методисты. У них есть свой кабинет в северном крыле главного корпуса, который им щедро отвел директор Рэдмонд. Там в ночную пору остается для связи один из старост, остальные же спокойненько спят по личным коттеджам... Сиэль ты куда?

Я, услышав все необходимое, с легкостью вырвался из объятий увлеченного демона. Прости, не хочу, что бы ты сейчас видел мое лицо, и сам не хочу смотреть тебе в глаза. Прости, я поступил не совсем честно и должен тебя покинуть на некоторое время. А что бы тебе было проще, я просто отдам приказ. И за это тоже прости...

Расправив плечи, я поправил сбившуюся опять одежду, подхватил свой портфель и цилиндр. Тихо... Осмотрел комнату на предмет наличия или потери своих вещей. Тихо... Поворачиваю голову вправо, что бы демон мог видеть только не прикрытый повязкой правый глаз с его печатью, что в данный момент светилась ровным светом...

— Сиэль... Ты мне соврал?..

Я, уже было открыв рот для отдачи приказа, так и застыл, пораженный отчаянием, коим пропитались эти три слова. Нет, Себастиан, не соврал, но ты пока должен так думать. Это часть плана...

— Сбастиан, слушай мой приказ: с этого момента ты продолжаешь играть свою роль методиста. Не приближайся ко мне без надобности, собирай информацию, как и раньше, следи за настроениями учащихся и аккуратненько заметай все оставленные мной следы... Отчеты будешь отправлять вместе с проверенными работами по математике. И, черт тебя возьми, не вмешивайся в происходящее, если мне не грозит опасность... Я все сказал... И лучше будет, если ты прекратишь следить за каждым моим шагом, пока я сам тебя не призову...

И не дождавшись хоть какого-то ответа, отпираю двери и выхожу в коридор...


ПОВ Себастиана

Сиэль, даже не оглянувшись на меня, закрыл двери с той стороны...

Шок... Единственное что я сейчас ощущал – это шок. Как так – не приближаться к нему без надобности? Какие к черту отчеты? Не вмешиваться и следить? Покорно ждать, когда призовет? Да граф с ума сошел, если думает, что я буду исполнять столь безумные приказы! После сегодняшней страсти и наших признаний?.. Дайте мне яду, только такого, чтобы наверняка подействовал на меня, или же просто насыпьте кислоты в голову, чтобы остатки съеденного Сиэлем мозга окончательно расплавились, и я превратился в обыкновенного овоща, без разума, без воли и без жизни...

Понемногу мной начали завладевать обида и раздражение. Тени вокруг затрепетали, воздух наполнился электричеством, а на мой письменный стол упало несколько черных перьев. Я был страшно зол! Сиэль – единственный человек и контрактор, который сумел заставить меня испытать счастье и унижение в один день. Граф, повысив меня до звания «любовника», тут же опустил до уровня «пешки». Как там говорил кому-то Сиэль? «Себастиан не просто пешка, так как за один ход может убрать все вражеские фигуры, оставив короля в полном одиночестве на своей стороне доски». Больно. И противно.

«А чего ты хотел, демон? — пронесся в голове вкрадчивый голос. — Ты всего лишь слуга, но ведь и у слуги может быть гордость?»

Правильно, гордость, но не гордыня. И именно поэтому я все же решусь на столь опрометчивый поступок, как непослушание прямому приказу.

Тут же заныла рука с печатью. Черт, не могу я просто это сделать! Его власть надо мной слишком высока! Кто, кто, спрашивается, толкнул меня поставить свою отметку на его глазу, тем самым отдавая в маленькие руки эту самую огромную силу подчинять? Я! Только я и никто более! Так что я сам виноват в этом опрометчивом поступке, и теперь так же должен сам расплачиваться за соблазн...

Не знаю, как долго я просидел, придаваясь самобичеванию (не узнаю себя, честное слово!). Вывел меня из столь глубокой задумчивости башенный колокол, который пробил восемь раз. Наступило комендантское время, а, значит, пора мне приступить к своим обязанностям. Да, я запомню все, что мне сказал ГОСПОДИН, и сделаю свои выводы. Так что попадись он мне только на каком-то нарушении... И да, не стоит также забывать об обещанном пожелании...


ПОВ Сиэля

Долго искать указанный Себастианом кабинет мне не пришлось, благо, в коридорах ещё можно было встретить студентов, которые, услышав суть вопроса, с гадкими улыбочками, едва не боролись между собой, что бы доставить нерадивого меня на суд общих любимчиков... Недолго вам потешаться надо мной, мальчики! Уже очень скоро я стану вашим не то что злейшим врагом, а страшнейшим кошмаром, но вы уже никогда не посмеете одарить графа Фантомхайва подобными взглядами.

Пока какой-то студент, судя по эмблеме на мантии – из «фиолетового» корпуса, вел меня по лабиринтам коридоров, я ещё раз обдумывал свои цели на сегодняшний вечер. От меня не ускользнуло поведение прекрасной четверки утром, когда я совершил такую большую глупость (ну, по меркам здешних обитателей). Реакция Грегори Вайолета на мою скромную персону немного меркла перед выражением чувств Эдгара Рэдмонда: они оба в какой-то степени заинтересовались мной, только для своих манипуляций я все же предпочитаю использовать второго, так как, судя по всему, именно он является главным в Р4. Да и его происхождение способствует и обязывает. Остальные – Герман и Лоренс – пока побудут на скамейке запасных, но их я тоже не отказался бы задействовать и новой игре, даже более, мне придется сделать это в будущем...

— Эй, новенький, мы пришли. Тебе вон в ту дверь, — мой провожатый указал на массивную конструкцию в конце коридора.

— Спасибо, — это все же не обязательно, но этикет...

Юноша оскалился.

— Это, конечно, не мое дело, но ты ведь пришел к нашим старостам, что бы они тебя наказали, так ведь?..

А вот это перебор! И какая ему разница, мать вашу? Я и так сейчас на нервах, хоть по внешнему виду и не скажешь... Черт, как же я хочу побыстрее покончить с этим делом и объясниться с Себастианом...

— Ну и не стоит лезть в мои дела, особенно, если себе отдаешь в этом отчет, — огрызнулся я, делая несколько шагов вперед и отодвигая столь любопытного студента рукой в сторону. — А теперь дай пройти, я и так ужасно опоздал...

Юноша хватает меня за локоть и выворачивает руку за спину, при этом прижимая меня всем своим телом к стене лицом. Больно, но терпимо, зато не смогу писать несколько дней... Мальчик, как ты поплатишься в скорости за то, что сделал!!!

— Да как ты смеешь, первогодка, — послышался шипящий звук возле моего левого уха, — так разговаривать со мной! Ты знаешь, кто я? А кто мой отец? Да от тебя и места мокрого не останется, если я ему все расскажу...

Я не сумел сдержаться. Этот полоумный смеет мне угрожать? Мне? Графу Фантомхайву? Как бы не лопнуть со смеха! Кто он? Шут гороховый. Кто его отец? Скорее всего, лишь очередная мелкая сошка, пусть и сумел всунуть своего сына, умного не говорю, а вот дерзкого – это точно, в престижное заведение...

Не знаю, какую реакцию сумел вызвать у этого дебила, но отвлекся он от происходящего достаточно сильно, так что я выделяю время и, не прекращая смеяться, просто ударяю студента по подъему стопы своим каблуком, меня тут же отпускают из захвата, а коридор заполняется крайне неприятным воем уже лежащего на полу юноши. Вот ещё одно доказательство человеческой глупости. Держа пульсирующую от боли руку, подхожу к приниженному парню и просто говорю:

— Слышишь, шестерочка, не смей меня лапать или дерзить мне – это раз! Мне плевать кто ты и твой папик – это два. Если от кого и мокрого места не останется, то только от тебя, и это три. Понял? — парень испуганно всматривался в мое спокойное лицо, будто ища в нем признаки безумия. Что же, добьем его? Конечно! Пусть считают меня психом – меньше лезть будут. В одно мгновение полностью меняюсь в лице и, так же как когда-то в цирке, широко улыбаюсь. — Спасибо ещё раз, что показал мне путь.

Просто разворачиваюсь, оставляя паренька наедине со своей болью, и, пройдя несколько метров, стучу в двери перед собой.

— Войдите!..
Ого, мне ответили так быстро? Приглаживаю торчащие после взбучки волосы и немного сбившуюся форму, берусь за ручку и толкаю двери внутрь комнаты. Они не поддаются! Либо закрыты, либо...

— На себя не пробовал, идиотина, — слышу за спиной хриплый голос.

Не обращая внимания на столь уместный, но крайне обидный комментарий, поступаю так, как советовалось...

Вау, а эти лидеры неплохенько так себе устроились. Такое великолепие, такой простор! Комната, в которую я попал, была разделена на несколько сегментов, а точнее, на 5, и каждый из них был оформлен в собственную цветовую гамму, которые вместе создавали эффект законченности и целостности интерьера. В основных четырех частях стояли массивные столы из красного дерева, несколько тумбочек, а при стенах – стеллажи с чайными сервизами, наградами другой мелочью и шкафы полные книг. А ещё особый восторг вызвала небольшая коллекция оружия, что занимала остальное свободное место вертикальной поверхности...

— О, кто же к нам пришел? Мистер... Фантомхайв?

Я быстренько оторвался от столь неприкрытого разглядывания этого во истину прекрасного места и поискал глазами говорившего. Справа от входа, там, де размещалась пятая секция, на бежевом диване восседал не кто иной, как «фиолетовый волк» собственной персоной! Жаль, конечно, что не Эдгар сегодня на дежурстве... Значит, сделаем так, что бы его позвали! Так, обиженная и испуганная невинность — вот каковым должен быть сейчас Сиэль Фантомхайв. Я закрою это дело, не смотря ни на что и не гнусавя разными, пусть и грязными, приемами...

Потупив смеющиеся глаза в пол, кланяюсь.

— Мистер Вайолет, простите за столь поздний визит, но я не смог бы уйти домой, зная, что не был наказан за столь опрометчивый и непозволительный для джентльмена поступок... Скажите, могу я увидеть мистера Рэдмонда? Именно он назначил мне встречу здесь...

Ну и что ещё сказать? Ничего, остается только ждать ответа старосты. За одно переживаю в этом представлении: как обычно это бывает, творческие люди очень эмоциональны и умеют отличать ложь от правды, так что главное сейчас – не ошибиться...

— Мистер Рэдмонд, к сожалению, уже ушел в свои апартаменты, но я могу послать за ним, или сам привести...
Опа, то, что надо! Закрепим успех!

Поднимаю сверкающие глаза на Грегори. От прежней расслабленной позы не осталось и следа. Парень отчего-то был напряжен, словно струна. Он выглядел все таким же хмурым и неприветливым, как и утром, но в этот раз что-то поменялось... Точно, Вайолет скинул тот странный капюшон, и мне открылась пышная копна черных волос. Они, словно шелковая лента, прикрывали глаза, досягая линии подбородка. Парень был немного шокирован моим появлением, видимо, уже никого не ожидал, поэтому и предался рисованию...

Три, два, один... Пуск...

— Мистер Вайолет, вы бы не могли оказать мне услугу и позвать... — делаю один шаг по направлению к старосте и падаю лицом вперед, закатив при этом глаза. Ожидаю неприятной встречи с полом, но её не происходит – я оказываюсь прямо в объятиях Грегори, который, с громким треском откинув свое художество в сторону, все же успел подбежать ко мне. Обморок – есть, крайне участливый и обеспокоенный староста, готовый исполнить любую мою просьбу – есть. Не знаю, получилось бы это у меня столь быстро, если бы в комнате находился, скажем, атлет Герман...

Меня подняли в воздух и, прижав к груди, куда-то понесли. Когда мое тело, наконец-то, приобрело горизонтальное положение, я почувствовал холодные пальцы Грегори на своем лбу.

— Сиэль, что с тобой? О, это обморок...

В голосе главы «фиолетовых» сквозила неприкрытая нежность, что разбавлялась крайним беспокойством. Да, одна рыбка уже попалась в сети... Но, что это? Дыхание старосты, такое размеренное и едва различимое ранее, вдруг потяжелело и приобрело некую хрипотцу, будто он пробежал несколько километров на предельной скорости. Пальцы тут же переместился ниже, сначала на глаза, снимая повязку (оооочень плохо), потом на губы, чертя их линии, проникая вглубь моего рта сквозь зубы... Ого! Нет, не хочу!..

Скривив гримасу боли, стону и приоткрываю левый глаз. Вайолет, положив меня на тот самый бежевый диван, стал возле него на колени и наклонился. В его черных глазах горело что-то, что очень напоминало мне Себастиана, когда мы были наедине... Это желание? Скорее всего, да...

Увидев, что я пришел в себя, Грегори убирает свои руки на колени (второй он, оказывается, упирался в спинку дивана, что давало ему возможность нависать надо мной) и напускает челку на глаза, что бы прикрыть их выражение. Поздно, господин староста, я все давно подметил.

— Мистер Вайолет, — шепчу я, якобы превозмогая недомогание, — я дико извиняюсь за это происшествие. Я сильно устал сегодня и просто не рассчитал свои силы... Вот.

Старшеклассник, пребывая все в той же позе, натянул не голову спасительный капюшон, скрывая от моего взора захвативший щеки и уши румянец. Оу, как это мило! Но я пришел сюда не для того, что бы пофлиртовать с ним, а...
— Ничего страшного, мистер Фантомхайв, я вас прекрасно понимаю. И именно поэтому готов исполнить вашу просьбу. Пожалуйста, подождите здесь, я приведу Эдгара.

Какой я молодец! Вот как надо работать!

Приподнимаюсь и завязываю «упавшую» повязку на глаз с печатью, потом, как бы обессилев, падаю обратно на диван и, едва подняв уголки губ, одариваю юношу ласковой полуулыбкой:

— Спасибо вам большое, мистер Вайолет.

Склонив голову на бок, притворяюсь спящим. И, что самое невозможное, услышав, как закрылись двери за старостой, я действительно проваливаюсь в спасительную темень... Как же я все-таки устал...



...Мой странный сон начался внезапно: вот я плаваю в темноте забытья, а потом просто открываю глаза и отмечаю, что нахожусь в кабинете методиста, ну, в смысле, Себастиана. Обстановка в комнате напоминает ту, которую я разрушил своим гениальным планом, то есть в данный момент сна я сидел на моем любимом демоне и что-то жарко шептал ему на ушко... Ого, давно у меня не было, нет, не снов из Себастианом в главной роли, а таких, где бы я находился не в стороне, а был непосредственным участником.

Вот и первые ласки, поцелуи, просто переплетенные руки, гладкие волосы щекочут щечки, а язык проникает все глубже, будто демон решил заполнить собой всю ротовую полость... Чувствую обоюдное напряжение в штанах – наши желания, как и в большинстве случаев, совпадают... За занавешенными окнами что-то протяжно бомкает, но вскоре утихает... Мой насильник не прекращает нежную пытку ни на мгновение, но пока что не трогает ничего, кроме волос и губ...

— Себастиан... Дальше...

Закрываю глаза... Открываю глаза... Лежу голышом на бежевом диване, а надо мной – Себастиан в своем демоническом облике. Не знаю, насколько он соответствует правде, но я его всегда представлял себе именно таким: на столь родном лице – никаких изменений (я уже привык в малиновым глазам с узкими вертикальными значками и к длинным клыкам, даже иногда специально просил дворецкого задействовать их во время близости), с телом, в принципе, тоже, только два мощных черных крыла добавились к всеобщей картине, вызывая восторг и удивление, а вокруг моей талии обвился тонкий длинный хвост... Какой хороший сон...

Мое любование прерывает скрип, очень тихий, но тревожный, и я, ведомый каким-то шестым чувством, смотрю на входную дверь. Там, в очень странной позе, замер высокий блондин в красном жилете... Ох, смотрю на Себастиана, очень испуганно смотрю, но тот не останавливается, не замечая нечаянного свидетеля. Что же, если моему демону – по барабану, то мне тем более. Но все же, интересно, кто сумел ворваться в мой маленький замкнутый мирок мыслей...

— Кто здесь? Эдвард? — предполагаю я.

— Да, Сиэль, а ты кого хотел здесь увидеть? Это же твой сон...

— Ну и ладно...

Точно, эта комната, и Себастиан, и, даже, Эдгар – части моего сна. Значит, все хорошо, можно ничего и никого не бояться, и пойти с демоном до победного конца...

С каждым касанием, ласки все больше и больше становятся реальными, возбуждая не только меня-из-сна, но и меня-в-жизни... Все те места, где останавливалась парящая над моим телом рука, горели и просили продолжения... Вой собаки, где-то над самым ухом... Черт, Себастиан остановился и прислушался – он не любит именно этих четвероногих настолько сильно, насколько обожает кошек... Демон складывает крылья и порывается встать с меня... Нет! Не надо, не покидай! Поднимаюсь на локти, перекидываю одну ногу через любимое тело, обнимаю его и тихонько говорю:

— Пожалуйста... не оста... навливайся... Поцелуй меня...

А дальше – только один жуткий провал не то что памяти, а полностью, всего моего осознанного парение во сне... Только дважды я сумел прийти в себя, и каждый раз хриплый голос то ли просто рассказывал, то ли приказывал мне «лечь на спину и расслабиться» и «сладенький мальчик». Между этими двумя фразам я почувствовал такое облегчение, что... Короче, слова лишние...

Преодолев сладкую негу, открываю глаза и понимаю, что вот он – реальный мир: я лужу на бежевом диване, надо мной – высокий потолок, а в штанах... там опять невыносимо тесно и... приятно... Опускаю глаза – и замираю... Черт, вовремя, уже хотел позвать моего слугу по имени и спросить, что это он делает там с моим бедным членом, а это оказался всего лишь Эдгар, подумаешь...

Медленно, но уверенно в голове обретает смысл одно недоразумение – Эдгар, штаны, возбуждение, кайф и... Дьявол, что здесь твориться? Хочу спросить – голос не слушается, а только бедра пихаются во влажность горячего рта, и наружу, а точнее, в горло Эдгару выплескивается мое семя... Чувствую чей-то палец на неподобающем месте и в конец прихожу в себя...

— Мис-стер Рэд-дмонд. Пр-рошу-у Ва-ас, н-не н-надо...

Вот ты и доигрался, дорогой Сиэлюшка, даже по своим же правилам... Браво брависсимо, глупый гроссмейстер!!! Какой же позор... Хорошо, что Себастиан не видел ...

@темы: школьные дни, фанфик, темный дворецкий, творчество